March 12th, 2013

Как я на съезде ЛПР побывала

Приехав в Москву ранним утром, я некоторое время тусовалась на Ярославском вокзале - том самом, что расположен неподалеку от вокзала Ленинградского, куда и прибывает поезд "Москва-Новгород". Я, конечно же, предполагала, что выспаться на вокзале - миссия невыполнимая, но мне всегда казалось, что минимальное спокойствие пассажиров стражи порядка обеспечить в состоянии. Куда там! В течении почти двух часов, сколько я там сидела, ожидающих донимал своими завываниями мужчина категории "бомж", горланящий заупокойные мотивы. Поскольку ни слуха, ни голоса у певца не наблюдалось, а господа полицейские его старательно избегали, ожидание превратилось в пытку...

Посидев так часика этак два, я направилась в сторону метро, станция Комсомольская, чтобы добраться до гостиницы Максима Панорама, где и должен был проходить съезд. В первую очередь, я удивилась рассказам тех, кто сетовал на "сложность" московского метро. С самого начала было неясно, а что тут, собственно, сложного? За два дня моего пребывания в столице я израсходовала 6 поездок (не так уж и много, но вполне достаточно, чтобы составить впечатление), и при этом не было случая, чтобы я основательно запуталась бы. Лишь однажды, не прочитав указатель, сдуру направилась к другой линии (там имел место быть переход между тремя станциями), но тут же поняла ошибку и перешла обратно.

Конечно, питерское метро гораздо красочнее, там ярко выделены станции, линии и все переходы между ними, но и тут ориентироваться вполне можно.

Итак, спустя некоторое время я прибыла в гостиницу, где в Даниловском зале планировался съезд Либертарианской партии России. В зале было пустынно, лишь ряды стульев ожидали участников:

Collapse )

Мне, в принципе, в таком раскладе понятно все, кроме одного - как мог попасть в Федеральный комитет Павел Гнилорыбов, состоящий в партии всего 3 месяца, и единственная заслуга которого - это женитьба на Кичановой?



Неужели и в либертарианстве процветает родственный блат? Я не буду, как некоторые, склонять на все лады фамилию Павла и всячески его критиковать (хотя основания для критики имеются), однако избрание его в комитет, на мой взгляд, преждевременно.

Напоследок участники сделали групповое фото (я - в сАмом центре:)):


Больше графики - с краткими пояснениями - доступно в альбоме вконтакте, а продолжение, как и водится, следует.
promo nibaal december 29, 2012 03:55 1
Buy for 10 tokens
"Cобирание изгнанников само означает собирание всех искр, пребывавших в изгнании". Х. Витал 1. Возвращение. Часть I. Основы 2. Возвращение. Часть II. Практика 3. Возвращение. Часть II. Практика-2 4. Возвращение. Часть II. Практика-3 5. Возвращение. Оплот последней надежды…

Эгон Эрвин Киш и однофамильцы

Читая о пражском големе в израильской группе "Шахар", наткнулась на любопытную фразу:

"Вынув шем, он превратил Голема в неподвижное тело, которое вместе с помощниками затем спрятал на чердаке Староновой синагоги (позже тех, кто пытался найти Голема, было более чем достаточно, среди них был и «неистовый репортер» Эгон Эрвин Киш)."

К этимологии фамилии известного в наших краях деятеля (которая, между прочим, встречалась мне и в полоцких метриках): Эгон Эрвин Киш был потомком сефардов, о чем упомянуто в его биографии. Немаловажны и следующие колоритные детали:

"В начале литературной деятельности примыкал к группе немецких писателей-евреев (так называемый Пражский кружок: Макс Брод, Э. Вайс, 1882—1940; Л. Виндер, 1889—1946; Франц Кафка и др.), передававших в своих произведениях атмосферу распада Австро-Венгерской империи. Киш придал второстепенному до того жанру газетного репортажа характер художественной публицистики, создав новый тип очерка-эссе (главным образом на политические темы: сборники «Цари, попы, большевики», 1927; «Американский рай», 1930; «Азия основательно изменилась», 1932; «Высадка в Австралии», 1937, и др.).

В 1923 г. Киш составил антологию «Классическая журналистика». В статьях и в книге «Неистовый репортер» (1924), и особенно в автобиографической «Ярмарке сенсаций» (1942), Киш изложил свои мысли об эстетической и моральной ответственности журналиста и о репортаже «как форме искусства и борьбы»."


Ничто не ново под луной, и сколь бывают похожи характеры и персонажи настоящего и давно прошедшего.
Ну и конечно, таки шаломчики.

Как я на съезде ЛПР побывала - послевкусие

Как только съезд завершился, московские либертарианцы предложили в качестве afterparty посидеть в клубе под названием "Завтра" (ст. метро Сухаревская). "Там собирается столичная политтусовка", - заинтриговали нас, провинциалов, москвичи. И, хотя я очень устала с дороги, решила все же поехать вместе со всеми, чтобы собственными глазами узреть обитель маргиналов политически активных граждан.

По дороге зафоткала милующихся Веру Кичанову и Гнилорыбова - потом буду внукам рассказывать, как я стала невольным свидетелем взаимоотношений звездной пары:))



Клуб располагался в подвале жилого дома. Деревянные столы, толпы орущего народа, обшарпанный пол, мечущиеся девочки-официантки в каких-то мешковатых робах, полумрак и плотный табачный дым (хоть топор вешай) - такова была представшая передо мной картина дешевого шалмана, каких и в нашем невзыскательном к роскоши городке еще поискать надо.



Collapse )