October 6th, 2013

assassin's creed

"Завет Ильича" как калька с ритуала Брит мила

Обнаружила занятное описание небезызвестного ритуала, прочитав которое, несложно припомнить прямую аналогию из не столь давнего по историческим меркам прошлого:

"Когда вносят ребенка, все присутствующие встают и произносят: «Добро пожаловать!» – ибо в Торе упоминается, что при заключении союза со Вс-вышним весь народ стоял. Затем кватер читает цитаты из Танаха, и все присутствующие повторяют за ним: «Слушай, Израиль: Г-сподь, Б-г наш, Г-сподь – един!». Затем дважды: «Г-сподь – царь, Г-сподь – царствовал, Г-сподь – будет царствовать во веки веков!» Потом тоже дважды: «О, Г-сподь, спаси нас!» и «О, Г-сподь, пошли нам удачу!». Затем кладут младенца на «кресло пророка Элиягу», все присутствующие говорят: «Это -кресло пророка Элиягу, да будет благословенна его память!», а могель добавляет: «На помощь Твою уповаю, Г-сподь! Надеюсь на помощь Твою и заповеди твои исполняю...» Могель просит разрешения у отца ребенка исполнить эту заповедь Торы – потому что на самом деле обрезание должен был бы совершить сам отец, могель лишь заменяет его."
Source

Ключевая фраза выделена, и она легко идентифицируется с одним из так называемых "заветов Ильича" (слово-то какое выбрано: "заветы". Явно ведь неспроста) - "Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить". Изначально эта скороговорка, повторенная восьмикратно, была употреблена в поэме Маяковского, но затем, подхваченная народными массами, широко разошлась по стране. В контексте существования мумии, помещенной в зиггурат после того, как миру была явлена принципиальная невозможность как жития, так и царствования "вождя мирового пролетариата", напрашивается мысль о приеме "переворачивания" (примитивнейший из которых - "аминь"-"ьнима", равно как и прочие перестановки имен - охотно пользуется вульгарными дьяволопоклонниками из числа вчерашних школьников). Но, поскольку ложь - явление нестойкое, теперь о "живом Ленине" вспоминают с долей иронии, зато первоначальный ритуал, с которого была передрана суть - как видим, он и поныне живет и здравствует.

Олсо, взялась за Дена Брауна для интеллектуалов "Пражское кладбище". Исходя из первого впечатления - творения Дена Брауна были изысканнее и таки любопытнее с точки зрения сюжета:))
promo nibaal december 29, 2012 03:55 1
Buy for 10 tokens
"Cобирание изгнанников само означает собирание всех искр, пребывавших в изгнании". Х. Витал 1. Возвращение. Часть I. Основы 2. Возвращение. Часть II. Практика 3. Возвращение. Часть II. Практика-2 4. Возвращение. Часть II. Практика-3 5. Возвращение. Оплот последней надежды…
assassin's creed

Разве Эфрайим дорогой Мне сын?

Еще любопытный разбор с того же хасидского ресурса - по книге пророка Иеремии (Ирмияhу, 31):

«Разве Эфрайим дорогой Мне сын? Разве он любимое дитя? Ведь каждый раз, как Я заговорю о нем, Я долго помню о нем. Поэтому ноет нутро Мое о нем, смилуюсь Я над ним, — сказал Г-сподь.(Ирмиягу 31, 19. Перевод Мосад рав Кук)

То, что на русском языке растеклось мыслию по древу в две строки и четыре предложения, на иврите звучит совсем кратко:

הבן יקיר לי אפרים אם ילד שׁעשׁעים כי מדי דברי בו זכר אזכרנו עוד על כן המו מעי לו רחם ארחמנו נאם יהוה

Далее делается попытка обыграть необычную (с грамматической точки зрения) огласовку под "hа-бен" - обыкновенно ставится просто "патах", то есть черточка, и это означает определенный артикль, но тут под "h" стоит так называемый "хатаф-патах", то есть черточка и две точки, что, по мнению комментатора, должно бы означать вопросительную интонацию всей фразы и, более того, сакральность сего вопроса.

*Залезает в тетрадку по ивриту и продолжает сравнивать*
Действительно, в согласной букве, следующей после определенного артикля с огласовкой "патах", должен по правилам идти "дагеш" - точка, символизирующая "двойную букву". Простейшие примеры, которые нам - ученикам - приводили:

בית--->הבּית (дом)
כיתה---> הכּיתה (класс)
и т.д.

То есть, мы видим - после определенного артикля ה в следующей букве ставится точка (дагеш), а в приведенном отрывке ее нет, зато есть необычная ("вопросительная") огласовка - хотя в оригинале книга Ирмияhу вообще каких бы то ни было огласовок, кстати говоря, не содержит, что видно из вышеприведенной цитаты.

Разобравшись с этим моментом и не найдя его трактовки у иных авторов (т.к. все они говорят об утверждении, а не о вопросе), начинают теоретизировать - тем более, что это очень удобно делать, основываясь на русском переводе. Здесь 4 части стиха, 4 предложения - так почему бы не разложить их по степени глубины толкования и заодно по 4-м мирам?
ס
| סוד, сод (тайна)<-----> Ацилут
Разве Эфрайим дорогой Мне сын? - הבן יקיר לי אפרים
|__________________________________________
ד
| דרש, драш (толкование)<-----> Бриа
Разве он любимое дитя? - אם ילד שׁעשׁעים
|__________________________________________
ר
| רמז, ремез (намек)<-----> Йецира
Ведь каждый раз, как Я заговорю о нем, Я долго помню о нем - כי מדי דברי בו זכר אזכרנו עוד
|__________________________________________
פ
| פשט, пшат (простой смысл) <-----> Асиа
Поэтому ноет нутро Мое о нем, смилуюсь Я над ним - על כן המו מעי לו רחם ארחמנו נאם יהוה

Сверху вниз:

1. Этот вопрос становится утверждением ("переворачивается") на уровне мира Ацилут: сразу же, как только мы спрашиваем - "Разве дорогой мне сын - Эфраим?", помня, что он не гнушался идолопоклонством (חבור עצבים אפרים הנח לו, "Привязался к идолам Эфрайим, оставь его" - hошеа, 4:17). Это высшая ступень - в моем понимании, бесконечная, всеохватывающая любовь к сотворенному.

2. Этот вопрос становится утверждением на уровне мира Бриа, как только мы спрашиваем - "Разве он любимое дитя?", после предыдущей фразы. "Любовь, но с оговоркой" - и действительно, на уровне творения уже нет той бесконечной любви, которой характеризовалась предыдущая ступень.

3. Этот вопрос становится утверждением, когда появляется упоминание. Там довольно непростой комментарий к этому случаю:

"Если также «баловень ли мой» - часть вопроса — и только «когда я говорю о нем — вспоминаю его» - уже переворачивается — то это разум мира йецира, где находится упоминание, «тиферет гуфа», «од» указывает на тело (то, что говорится сейчас — это «летающие буквы» каббалы)."

Мир Йецира - это мир формы, где обретают свое выражение некогда бесплотные идеи; "гуф" (גוף) - "тело", "форма", а центральная (шестая) сфира - Тиферет - считается "телом" в том смысле, что три верхние сфиры (Кетер, Хокма, Бина) - символизируют голову, Гвура и Хесед - руки, Йесод - гениталии, Нецах и hод - ноги, и, наконец, Малхут - стопы.
Признаться, не совсем поняла, как последнее слово - "עוד", указывает на "тело", гематрии ведь разные. Должно быть, тут особая хитрость, которую я пока не разгадала:))

4. Этот вопрос оборачивается утверждением, только когда доходим до финала - "смилостивлюсь над ним, - говорит Ашем". Это последняя ступень, и святость мира Асиа.

Нижней грани нет, как нет и верхней, поскольку любовь может распространяться безгранично, как и ненависть. Если и здесь вопрос не превращается в утверждение, а отторжение не уступает место принятию - значит, речь идет о нисхождении (в мира Асиа нечистоты?), рассматривать которое не имеет смысла.

Подобный пример, по идее, должен иллюстрировать стадии развития того, кто понимает постигающего. Правда жизни: чем выше уровень, которого достигаешь, тем более зловещие силы противостоят - и никто не отнимет у них крылья, на которых они поднимаются в миры, расположенные выше своего обиталища.

Очень автобиографичен и предшествующий стих (в Синодальном переводе - "Когда я был обращен, я каялся, и когда был вразумлен, бил себя по бедрам; я был постыжен, я был смущен, потому что нес бесславие юности моей") - כי אחרי שׁובי נחמתי ואחרי הודעי ספקתי על ירך בשׁתי וגם נכלמתי כי נשׂאתי חרפת נעורי
Надо полагать, "бесславие юности" актуально если не для каждого, то для очень многих - разве что похвастаться намерением обратиться может далеко не каждый.