October 6th, 2016

Кое-что о символике Штатов


Любопытно, что выборы в США всегда приходятся на начало ноября, и при этом символом Штатов является орел (белоголовый орлан). Сразу же приходит на ум эзотерическое соответствие: начало ноября — это знак Скорпиона (у древних цивилизаций заменявшийся Орлом по причине близости созвездий). Орла вместо скорпиона можно увидеть и среди так называемых «четырех священных животных» в колеснице Йехезкеля (все остальные при этом тоже аналогичны знакам фиксированного креста: бык — Телецу, лев — собственно, Льву, и человек — Водолею).


И хотя я сама к астрологии отношусь крайне скептически, отцы-основатели, конструировавшие систему, подобными аналогиями явно не пренебрегали.



[Герб США — лицевая сторона и реверс]

Mirrored from Zhenny Slavecky.

promo nibaal december 29, 2012 03:55 1
Buy for 10 tokens
"Cобирание изгнанников само означает собирание всех искр, пребывавших в изгнании". Х. Витал 1. Возвращение. Часть I. Основы 2. Возвращение. Часть II. Практика 3. Возвращение. Часть II. Практика-2 4. Возвращение. Часть II. Практика-3 5. Возвращение. Оплот последней надежды…

Среди этой смертной любви сделаем все великим опять

Новгородцам посулили любовь до гроба с действующим губернатором Митиным, к которому прочно прикрепилось прозвище «Деда»: наведываясь в больницы для проверки, Митин, надеясь на свою неузнаваемость, частенько просил в регистратуре записать к врачу внучку, — которая, между тем, в Новгороде не жила ни дня, обретаясь то ли в Москве, то ли вообще за границей — впрочем, как и дети губернатора. Митину нынче уже 65 (род. 14.06.1951), и к финалу своего третьего срока он придет — конечно, если ему это вообще удастся, — глубоким 71-летним старцем, цепляющимся за ускользающую из рук власть подобно тому, как наркоман в состоянии абстиненции — за дозу. Неслучайно власть сравнивается с наркотиком, и обладатель власти (особенно, если его мало кто ограничивает как по срокам, так и по полномочиям) склонен деградировать; чем дольше правит, тем деградация сильнее.

Словно на голографическом изображении, отдельно взятый кусочек страны может дать представление о всей стране: что внизу, то и наверху, а Деда Митин вполне аналогичен еще одному немолодому лидеру, задумавшему, по-видимому, царствовать вечно. И хотя все еще находятся отрицающие фактор застоя в государстве российском, неспособные почуять его, застоя, смердящий дух и разлагающее влияние, иным не составляет труда уловить миазмы тронутой тленом «стабильности», все же не отказываясь от мечтаний о грядущем обновлении. Прежде всего, я говорю о творцах — им, что называется, «по долгу службы положено» не только подмечать, детектировать явление, но и облекать его характерные черты в символическую форму. И вот, как раз вспоминая в связи с новым застоем бессмертный «Братский поцелуй», я призадумалась, отчего же на сей раз искусство безмолвствует? Ужель муза, уподобившись трем обезьянкам на столе у несостоявшегося праведника народов мира, заткнула рот, глаза и уши, не в силах вынести повторение истории в виде фарса?

[Господи! Помоги мне выжить среди этой смертной любви]

Оказалось, что глуха и слепа была я, в то время как шедевр под названием «Сделаем все великим опять», явленный urbi et orbi в литовском Вильнюсе менее полугода назад, продолжает услаждать взоры ценителей, в число которых попал даже вильнюсский мэр, отреагировавший недвусмысленно:

«Вильнюс – это город, который может стать столицей красоты и искусства. Свободный город, в котором мы можем не бояться звенящего оружия и без цензуры высказывать то, во что верим. Город любви, где могут поцеловаться даже два гомофоба, один из которых ещё и агрессивен по отношению к соседу».

[Сделаем все великим опять]

Один из создателей шедевра, комментируя свое творение, воспел гимн свободному выражению собственного мнения:

«Сейчас такое время: в Америке – Трамп, и неясно – выберут его или нет. А в России сидит Путин – тоже тема очень неясная. Поэтому мы и выбрали это: всем интересно, как будет дальше, – поцелуются они или нет… Мы рисуем, потому что мы можем это делать. Мы свободная страна. Это наше мнение. Что хотели, то показали. Никто в тюрьму за это не посадит, штраф не даст. Людям нравится. Что хочу – то говорю. Я отвечаю за свои слова и не боюсь. Не так как было раньше в Советском Союзе или сейчас в России».

Мне же хочется верить, что подобные символы неслучайны, и что вот-вот забрезжит заря если не новой перестройки, то, во всяком случае, новой оттепели — точно.

Mirrored from Zhenny Slavecky.