June 27th, 2017

Агнес, одна из Легиона

У одного из френдов в Фейсбуке наткнулась на возмущенные вопли о «матери» Терезе, которая, как гласит вереница приводимых там фактов, воровала и убивала (разве что не сношала гусей и ответного гудка, как явствует из последних абзацев о ее неверии в Б-га, не ждала). Весь вклад этой дамы в мировую культуру якобы состоял лишь в том, чтобы приехать к терпящим бедствие, нащелкать снимков для самопиара, тем самым позиционируя себя в роли спасительницы и, не выделив страдальцам ни гроша (гроши в кол-ве многих миллиардов долларов оседали на счетах Ватикана), уехать восвояси. В общем, автор срывает покровы, пылает праведным гневом, и, ничтоже сумняшеся, ставит «матери» Терезе в упрек даже то обстоятельство, что приют свой она первоначально открыла в бывшем храме богини Кали (тоже Великая Мать, между прочим). Хотя здесь как раз наглядно проявляется кажущийся парадокс: Агнес Годже Бояджиу была абсолютно честна и намерения свои обозначала максимально прозрачно, в то время как сочинитель текста о ней попросту лицемерит. Впрочем, допустим вариант, что сей сочинитель — идиот, ибо, сказав «А», он не знает, что далее следует произнести и «Б»:


«Что они представляют собой на самом деле, рассказала в документальном фильме «Ангел из ада» Мэри Лаудон, работавшая в одном из них:

«Первое впечатление было, как будто я вижу кадры из нацистского концлагеря, так как все пациенты тоже были обриты наголо. Из мебели только раскладушки и примитивные деревянные кровати. Два зала. В одном медленно умирают мужчины, в другом – женщины. Практически никакого лечения, из лекарств только аспирин и другие дешёвые препараты.


Капельниц не хватало, иглы использовались многократно. Монахини промывали их в холодной воде. На мой вопрос: почему они не делают их дезинфекцию в кипятке?, мне ответили, что это не нужно и на это нет времени. Помню 15-летнего мальчика у которого вначале были обычные боли в почках, но ему становилось всё хуже и хуже, так как он не получал антибиотики, а позже ему стала необходима операция. Я сказала, что для того чтобы его вылечить нужно лишь вызвать такси, отвезти его в больницу и оплатить ему недорогую операцию. Но мне отказали в этом, объяснив: «Если мы сделаем это для него, то придётся это делать для всех»…»


Мне сложно поверить, будто кто-либо из осиливших этот скромный по объему абзац не в состоянии догадаться, в чем состояла подлинная цель организованных этой женщиной хосписов (назовем это так — главной является не форма, а суть). Ресурсов, включая ресурсы системы здравоохранения, на всех не хватает, а население планеты — причем население беднейшее — постоянно растет. Да, здесь есть прямая аналогия, например, с фондом Билла и Мелинды Гейтс, чьей негласной задачей является неуклонное сокращение населения бедных стран, но не посредством насильственных и устаревших методов прошлого, когда молох войны в одночасье сметал с лица земли все живое, а нежно и ласково, без боли и слез, и даже с пользой для сокращаемых (вакцины, помимо неожиданного побочного эффекта, все же гарантируют определенную защиту от заболеваний). Нечто подобное, пусть и в гипертрофированном виде, изрекал выдуманный Масловым рав Ашход (чей образ, надо полагать, списан с Лайтмана, перед которым сам Маслов в конце жизни благоговел) и его визави — «Сто пятьдесят миллионов — это слишком много, чтобы спокойно ждать, когда все они встанут против нас в Последней Битве».


И за что же подвергать Терезу остракизму? В сложившейся ситуации она делала, что могла, причем справлялась с поставленными перед ней задачами достаточно успешно. А что из ее деятельности раздули шумиху, распиарили почем зря — так ведь это само собой разумеется: когда армия воюет, пропагандисты всеми доступными им средствами пытаются укрепить ее боевой дух. Так было и так будет, — закон мироздания, если угодно. И лучшие бойцы этой армии — не кто иной, как субъекты, которых один культовый писатель метко поименовал «легионерами» (сослаться на первоисточник, к сожалению, не могу — тема настолько деликатная, что отечественные цензоры ее не обошли вниманием). Собственно, все такие причитания — «нет веры», «небеса заперты», «темная, холодная и пустая реальность» — настолько свойственны обсуждаемым лицам, что образуют типичное мироощущение легионера, а оно, в свою очередь, позволяет ему достигать поставленных целей там, где другие («нормальные люди», «гармоники») бессильны.



Mirrored from Zhenny Slavecky.

promo nibaal december 29, 2012 03:55 1
Buy for 10 tokens
"Cобирание изгнанников само означает собирание всех искр, пребывавших в изгнании". Х. Витал 1. Возвращение. Часть I. Основы 2. Возвращение. Часть II. Практика 3. Возвращение. Часть II. Практика-2 4. Возвращение. Часть II. Практика-3 5. Возвращение. Оплот последней надежды…

Провинциальный влогинг, бессмысленный и беспощадный

После того, как отгремели и стихли последние отголоски виртуальной битвы титанов — Усманова и Навального — ветреная публика, падкая на тренды, не могла не увлечься новым жанром, ввиду чего повсеместно, как грибы после дождя, стали цвести и пахнуть, прости Г-споди, «влогеры» (до чего же все-таки пошлое словцо, устойчиво навевающее ассоциации с глаголом «влагать» и производными от него). Не обошла эта странная мода и провинцию, и именно здесь, в провинции, ее плоды смотрятся совсем уж карикатурно.


Вот, к примеру, помятые, не в меру упитанные дядечки, вяленько чешущие языками (а языками чесать — не мешки ворочать), постепенно сливаясь с безжизненным серым фоном — почти час разговор идет ни о чем, дополнительно пробуксовывая на косноязычных репликах ведущего. А я, сдуру выслушавшая эту тягомотину от начала и до конца, тщетно надеялась, что хотя бы одна свежая мысль разорвет порочный круг банальностей и затертых до мозолей ладошек истасканности идеек…Какое там! Что у этой публики на уме, то же было и на языке: как ничего не делать, но иметь профит, и этой нехитрой теме оказалось посвященным все экранное время. Интенсивность фрустрации поразила даже меня, видавшую виды: сперва мажорная нота, призванная продемонстрировать удовлетворенность своим жизненным статусом — «Я же на что-то живу, какие-то деньги получаю; мои заказчики — богатые обеспеченные люди», а потом немножко жеманное — «Я стараюсь думать, что когда-нибудь я буду независимым». Зачем с этим выходить на публику? С этим на психотерапию отправляться нужно (если заказчики состоятельны, то денег должно хватить).


Или их конкуренты — дуэт разнополых влогеров с мизерным количеством подписчиков на канал и невпечатляющим числом просмотров. На содержании их бесед останавливаться нет нужды — там преимущественно грызня с коллегами по второй древнейшей за доступ к телу очередного варяга, пришедшего «княжить и владеть». Но какие перышки, какой носок чудесные виды открываются всякому обладателю резвой фантазии (недаром на региональном форуме темы, посвященные этой команде, пестрят комментариями — «А ты б вдул?»)! И впрямь, в кадре не хватает только ковра, все остальное наличествует: старый промятый прабабушкин диван (кстати, у меня дома тоже такой имелся — удивительной прочности вещица), на котором, должно быть, померло уже три поколения собственников; советские обои в ненавязчивый цветочек; бюстгальтер, игриво выглядывающий из-под воздушной блузочки; неадекватный выбор рамок кадра, когда вместо того, чтобы обрезать картинку по пояс, установивший мыльницу (оно ведь на мыльницу снималось?) зачем-то акцентирует внимание зрителя на чреслах ведущего…А что — это могло стать годным рекламным ходом ради повышения посещаемости и расширения целевой аудитории. Дать, что ли, подсказку: аудиторию можно еще больше расширить и углУбить, сев, к примеру, на кровать (на диване-то неудобно). А можно сразу лечь, почему нет? Падать доморощенным влогерам уже некуда, днище давно пробито (и снизу не стучат), так пускай хоть покувыркаются…


Не стану отдельно останавливаться на разного рода сетевых маркетологах, которые завели себе новую игрушку, дабы окучивать народ через видеоролики, наряду с тем, чтобы заниматься аналогичной деятельностью непосредственно «в поле». Их охочие до звонкой монеты деревенские коллеги также недостойны обстоятельного разбора, как и прочие жадные наглые паразиты, готовые на любой кипиш, кроме голодовки, и какие угодно кривляния, лишь бы не работать. А то ведь придется записать в разряд влогеров и «общественных деятелей», которые, пользуясь добротой несознательных граждан, таскаются по редакциям в надежде нахайпить себе на опохмел (у них нет средств даже на мыльницу, и здесь, пожалуй, кроется естественный предохранитель, удерживающий указанных особей от видеоблогинга) — словом, не вижу необходимости облагодетельствовать пиаром весь этот натуральный паноптикум. Но в заключение хочется кое-что отметить и о перспективах самого явления: как эта мода возникла, так она и умрет, весьма вероятно —  не в столь уж и отдаленном будущем. Свои соображения я основываю на том, что просмотр и прослушивание ментальных испражнений тысяч и тысяч никчемных существ представляется бессмысленной тратой времени: если их текстА можно пробежать глазами за полминуты и быстро догадаться об отсутствии хоть сколько-нибудь ценных мыслей, то видео приходится мучительно долго просматривать, в конце концов констатируя, что все это было зря. Убогость, примитивность формата, рассчитанного в лучшем случае на трехлеток, еще не умеющих читать, препятствует привлечению интеллектуальной публики — ее такое зрелище попросту не интересует. Я нахожу, что этим новое увлечение схоже с оболванивающей ТВ-пропагандой, где потребителю подсовывают яркую картинку и готовый дискурс, который внедряется в промытые мозги и принимается на веру, после чего на выходе имеем то, что имеем.



Mirrored from Zhenny Slavecky.