November 26th, 2019

«Голос из камня»: старая песня на новый лад

Посмотрела тут на досуге «Голос из камня» с Эмилией Кларк, — с эстетической точки зрения там все очень пристойно: картинка радует, актерский состав также не разочаровал. По стилистической направленности — этакий незамысловатый нуарчик без особых претензий на новизну преподносимых в нем идей, которые, емнип, вдоволь обмусолены еще на заре нулевых создателями попсовых триллеров a la «Ключ от всех дверей». Даже ПВО в своем новом романе бесстыдно раскрывает этот секрет полишинеля устами своего героя, посвящающего создателя теории криптоколониализма (точнее, его литературный прототип) в мрачные тайны бытия:

«– Отличный вопрос, – смеется Солкинд. – Вы попали в десятку. Самые сложные из своих процедур египетские маги осуществляли не вполне наяву. Но и не просто во сне. Они действовали в особом состоянии, которое сегодня называют «lucid dream». Или «осознанное сновидение».

– Откуда это вам известно? – спрашивает Голгофский.

– Сохранилось много папирусов и надписей. У египтян, например, существовала особая техника проводов умершего, когда жрец ложился спать в одной камере со свежезапечатанным саркофагом. Естественно, он не просто спал, а входил в lucid dream. И только после того, как дух усопшего удавалось направить в нужную сторону, жрец уходил и гробницу закрывали…»

У него же находим и на редкость банальные пассажи о жертве, а также ее назначении, кое предполагало два стула варианта — подношение жизненной энергии божеству и перенос этой энергии в иной объект по выбору оператора (жреца). В общем, «что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться», как популярно разъяснил Коhелет отъявленным скептикам, стыдливо переминающимся на пороге Храма. Кстати, история о замурованной кошечке, рассказанная владельцем особняка смущенной Верене, отправляется в ту же корзинку очевидного-невероятного, — но это и впрямь совсем уж азы, известные даже ребенку (отечественной ментальности привычнее не кошечка, а пес, и не в стене, а под порогом).

Вспоминая того же ДЕГа, не могу с ним не согласиться в том, что всякое взаимодействие низшего класса с родовой аристократией является по сути своей чистой профанацией (и основной рецепт здесь: избегать общения в принципе). Причем неуместность контактов может совершенно никак не ощущаться представителями низов, а с противоположной стороны зачастую сдерживаются какие-либо внешние проявления оскорбленных чувств — напротив, возможна демонстрация подчеркнутой вежливости, при необходимости — даже ласковости, столь неожиданной, сколь и пугающей. Если типичное отношение классического обывателя, допустим, к животным («В метрополии очень любят животных», ага:)) отличается признанием их определенной ценности как живых объектов, существующих в качестве «вещи самой по себе» (например, если случилась какая беда, можно и в клинику отвезти, полечить — жалко все-таки, бедняга страдает), то «любителями животных» соответствующий контингент определяется как «вещь для нас», которая ценна лишь постольку, поскольку мы получаем от нее пользу. Но этот ресурс, точнее — расходный материал, всегда может быть заменен аналогом, а, значит, какое-то иное отношение к нему, кроме сугубо потребительского, с позиции потребляющего кажется абсурдным. Даже тот, кто не плещется амебой вареной в бушующем народном море и мнит себя достойным, позицию «на равных» обычно не вытягивает, а в пределе этот паттерн доводит своих носителей до кардинальной закрытости, замыкания на самих себе, со всеми неблаговидными следствиями подобного выбора, одним чудо-писателем описанными как «демоны дегенерации». Но эта избитая тема уже давно несется из каждого утюга, найдя отражение в атмосферных работах типа «Багрового пика» или «Табу», или даже в «Игре Престолов» (линия Серсеи и Джейме) — так, что начинает казаться чем-то обыденным.

…Апофеоз разворачивающегося в фильме действа — ритуал (и прочие..хм..»традиции») — это отдельный сложный вопрос, о котором,
словно дым в отсутствие огня, всплывают разве что конспирологические догадки, и среди них непросто отличить правду от вымысла и буйной фантазии. Есть подозрение, что перед мотыльком, устремившимся на огонек, и в самом деле должны разверзнуться непознанные бездны всевозможной жути. Понятно, что профаны об этом знают чуть более чем ничего, и я в данном вопросе тоже, разумеется, профан. Завесу перед спящими немного приоткрыл Кубрик в своем последнем шедевре, после чего довольно скоро отошел в мир иной — конечно же, в силу естественных причин.


Со своим скудным багажом соответствий и аналогий я только сейчас, взглянув на сцену в замке, уяснила себе ее возможный смысл (ключик к
нему — в цветовой гамме).  Превалирующий красный — это цвет сфиры Гвура (строгого суда над непосвященным, посягнувшим на то, чего ему не подобает знать); фиолетовый — цвет сфиры Йесод (основа, или, в еще одном своем распространенном аспекте — используемая в некоторых видах практик сексуальная энергия, что и отражено в фильме); окружающее пространство — бледно-оранжевое. То есть, учитывая вышеизложенное, приходим к выводу, что герой фильма испытывает на себе влияние Гвуры (красный) и Йесода (фиолетовый),
соединенных каналами (цинарот), ведущими в сфиру hОд (оранжевый). Каналы эти — XIII Аркан (Смерть) и XX (Страшный Суд, иначе — Воскресение из мертвых), что хорошо увязывается с сутью этой сцены и дополняется христианской идеей (мне, правда, малознакомой): суд уже идет, и результатом станет гибель, но есть возможность ее избежать, для чего необходимо принесение жертвы (жертва в итоге сама вызвалась нести это бремя).

Резюмируя, отмечу: в каждой избушке свои погремушки, а если избушка с историей, то погремушки там ой какие непростые. «Есть многое на
свете, друг Горацио», чего знать не хотелось бы вовсе, даже если оно и порождает определенный интерес.

promo nibaal december 29, 2012 03:55 1
Buy for 10 tokens
"Cобирание изгнанников само означает собирание всех искр, пребывавших в изгнании". Х. Витал 1. Возвращение. Часть I. Основы 2. Возвращение. Часть II. Практика 3. Возвращение. Часть II. Практика-2 4. Возвращение. Часть II. Практика-3 5. Возвращение. Оплот последней надежды…