Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

(no subject)






Каждый человек имеет право на свободу убеждений и свободное выражение их; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ.

(Статья 19 Всеобщей декларации прав человека)

promo nibaal december 29, 2012 03:55 1
Buy for 10 tokens
"Cобирание изгнанников само означает собирание всех искр, пребывавших в изгнании". Х. Витал 1. Возвращение. Часть I. Основы 2. Возвращение. Часть II. Практика 3. Возвращение. Часть II. Практика-2 4. Возвращение. Часть II. Практика-3 5. Возвращение. Оплот последней надежды…

Канторы и Халатниковы: «как причудливо тасуется колода»

В свое время написала пост про Амину Окуеву (ныне покойную), где упоминала о потомстве такой известной исторической личности, как Фрума Хайкина-Щорс:

«В этой связи мне вспомнилась история о Фруме Хайкиной-Ростовой-Щорс и ее зяте, знаменитом физике Ицхаке (Исааке) Марковиче Халатникове. Когда последний собрался поступать в аспирантуру, перед его будущим учителем, не менее знаменитым Ландау, обозначилась серьезная проблема: фамилии большинства поступающих не оставляли сомнений в происхождении их носителей, в связи с чем академик Капица в шутку предложил Ландау «разбавить» этот состав хотя бы одним русским аспирантом, понимая, что миссия, скорее всего, невыполнима, и даже пообещав за это денежную премию. Сам Халатников выглядел вполне нордически, фамилия его тоже не вызывала подозрений, да и инициалы — И.М. — вполне могли принадлежать какому-нибудь «Ивану Михайловичу», например. Капица, ничего не заподозрив, премию таки выплатил, а Ландау ругался, на чем свет стоит, когда все тайное наконец стало явным. Кстати, потомство этой дамы, железной чекистки Фрумы, тоже вернулось в лоно народа, ибо сказано в книге Коhелет: «идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги свои».»

Под «вернувшимся в лоно народа» потомством я подразумевала одну из дочерей Исаака Халатникова, которому в том году исполнился век, и его жены (дочери Щорса). Вообще говоря, дочерей у Халатникова двое (несмотря на то, что в некоторых источниках утверждается, будто их три) — Элеонора и Елена. Про Елену Щорс, которой дали фамилию героического деда, утверждали, будто ее даже удалось записать русской по национальности — уж не знаю, как это получилось. А вот про живущую в Швейцарии Элеонору Халатникову в Сети информации было мало, за исключением сведений об ее академической деятельности, — оказывается, женщина всерьез занималась наукой и защитила диссертацию на тему «Сложные преобразования фразеологических единиц: на материале английской и американской драматургии XX века». Собственно, тот факт, что дама живет в Швейцарии и что она следует еврейской традиции, выяснился посредством ее профайла в «Одноклассниках»: перед еврейским Новым годом там фигурировало поздравление — «Шана това уметука» («Хорошего и сладкого Нового года»).
И только сейчас удалось сложить два плюс два, да и то — благодаря вспомогательным источникам. Оказывается, внук Исаака Халатникова, сын его дочки Элеоноры — Владимир Кантор, — назначен вице-президентом крупнейшего новгородского предприятия (ПАО Акрон), а отцом его является Моше Кантор, известный общественный деятель и филантроп, оказывающий значительную помощь новгородской еврейской общине. Получается, Элеонора, внучка Фрумы Щорс, была первой женой Моше Кантора. Удивительное дело: Фрума служила богоборческому коммунистическому режиму, уничтожавшему еврейскую жизнь (да и любую религиозность), снискала за свою революционную деятельность всемерную поддержку от Сталина и пользовалась всеми привилегиями статуса заслуженной большевички, а уже третье поколение, невзирая ни на какие препоны и жизненные обстоятельства, совершает тшуву. По-видимому, здесь работает какой-то невидимый, непонятный нам, но безупречно отлаженный механизм: «возвратившиеся к вопросам» обязательно уступают место на исторической арене «вернувшимся к ответу». Кроме того, мир настолько тесен, что впору поставить под сомнение теорию шести рукопожатий. Рукопожатий на самом деле два-три, едва ли больше.

З.Ы. Интересные, хотя и довольно давно написанные, воспоминания Исаака Халатникова, доступны по ссылке. Понравился призыв председателя колхоза — «Канайте! План реальный!». Самое время внедрить его в жизнь.

Татьяна Толстая: как глубоко бывает зарыт талант

После зажигания субботних свечей отчего бы не поразмыслить над тем, как причудливо тасуется колода?
Рассказывают, что Татьяна Толстая снизошла до выступления в Петербургской хоральной синагоге. Там она жеманилась и причитала — мол, бедная родственница, сирая да убогая, если чем и знаменита, то разве что осьмушкой еврейской крови, от прадедушки перепавшей. Впрочем, вскоре от нее же самой выяснились занимательные подробности, как в том анекдоте — «Не Иванов, а Рабинович, не в лотерею, а в преферанс», и не только от прадедушки, но и от прабабушки:
«Татьяна Толстая занимается изучением своей родословной и даже сдала тест ДНК. Он показал, что у нее четверть еврейской крови, а не восьмая часть, как она думала всю жизнь. Татьяна Никитична объясняет это тем, что, возможно, жена прадеда София Васильевна Семичова также была еврейкой, но скрывала свое происхождение».
Хорошо, что я не жила в сучье время, а то однозначно сделалась бы чинушей какого-нибудь Главного Управления расы и поселений, и занималась на работе тем, что скрупулезно вычисляла бы процент еврейской крови, присущий тому или иному бедолаге из числа соотечественников. К этому делу у меня, определенно, талант, и если склонность к «противной стороне» удалось мало-помалу изжить (кто-то выдавливает по капле из себя раба, а кто-то — антисемита), то умение видеть то, на что следовало бы закрывать глаза, никак не поддается моему контролю. Воистину, не надо быть экспертом по нордическому происхождению, чтобы, просто взглянув на Татьяну Никитичну, безапелляционно констатировать: перед нами hалаха в чистом виде, а одна восьмая — это вот я, например.

Думаю, на час Ч и документы, подтверждающие соответствующие обстоятельства, в семействе Толстых сохранены, разве что едва ли они понадобятся. Но ведь и про старуху бывает…интересное кино, поэтому я решила все же перепроверить (вдруг ошибка?), и разобрала ее родословную (для вдохновения рекомендую заключительную часть недельной главы Ваишлах, там про связь поколений много интересного, особенно если читать с комментариями). Сделать это удалось пускай и не в пару кликов мышкой, но и не путем приложения титанических усилий.
Татьяна Никитична заявляет про прадеда и прабабку — с какой же стороны кроется это, как выражались в одной придурковатой статейке, «достояние прародителей»? Сначала посмотрим по папе, коим является профессор физики Никита Алексеевич Толстой. В свою очередь, его отец, «красный граф» Алексей Николаевич Толстой, с происхождением темнил, но, как бы то ни было, Шапиро в его родне отсутствовали — сомнения были лишь в биологическом отцовстве графа Николая Александровича, поскольку жена его (прабабка Татьяны Никитичны, Александра Леонтьевна Тургенева), убежала к любовнику, некоему Бострому, уже будучи беременной, причем непонятно от кого — от мужа или от любовника. Так что, тут все чинно, и громкая фамилия, доставшаяся писательнице по наследству — ярчайшее тому подтверждение.
Смотрим дальше — мама папы (жена «красного графа») — Наталья Васильевна Крандиевская-Толстая, личность тоже небезызвестная: поэтесса, писательница, мемуаристка. Ее мама, прабабка Татьяны Никитичны — Анастасия Романовна (в девичестве Тархова), тоже баловалась пером, хотя о ней энциклопедические источники умалчивают — но, в любом случае, словосочетание «прабабка Софья Васильевна Шапиро» к ней неприменимо по определению. А вот про отца Натальи Васильевны, Василия Афанасьевича Крандиевского, есть статья в Википедии — он родился в семье священника в Ставропольской губернии. Полностью отработали отцовскую линию — все чисто, едем дальше.
Начинается, по выражению Юдика Шермана, несравненного, самая мякотка писечки: маменька Татьяны Никитичны, Наталья Михайловна Лозинская, характеристика которой исчерпывается обозначением родства: дочь Михаила Лозинского, о котором отзываются как о поэте-акмеисте, переводчике, создателе советской школы поэтического перевода. Лозинский Леонид Яковлевич, отец Михаила Леонидовича, тоже отличался любовью к литературе — по крайней мере, в воспоминаниях детей отмечается, что зарубежные произведения он читал в оригинале, а также собрал значительную библиотеку. В свою очередь, его отцом был Яков Лозинский из Гродно, женившийся на Елизавете Маттисон, которая родила пятерых детей (в том числе сына Леонида, прадедушку нашей барышни Татьяны) и умерла, после чего вдовец нашел вторую жену, Клавдию Семеновну Новинскую. Елизавета Маттисон во всей этой истории лично меня не смущает — вероятнее всего, она была или немкой или какой-нибудь шведкой (допустим, как Анна Гроссшопф из родословной Ленина). Зато сам Яков Лозинский из Гродно (это, получается, для Татьяны Никитичны аж прапрадедушка) вызывает ряд подозрений. В известном ведомстве, где кандидатов на предмет особенностей их генеалогии проверяли аж до 1750 года, бедолагу Артемия Лебедева измучили бы крамольными вопросами, но мы тихонечко эту пикантность обойдем и двинемся дальше — точнее, возвратимся на одно колено назад, ибо и так слишком глубоко копаем. Вернемся к супруге Леонида Лозинского (прабабке Татьяны Толстой по материнской линии) — для начала предстоит выяснить, кто она вообще такая, хотя бы как зовут. В энциклопедических источниках никаких упоминаний о ней нет, поэтому пришлось полазать по биографиям — например, в этом сочинении рассказывается, как одна из татьяниных старорежимных двоюродных бабушек (так, кажется, именуется эта степень родства?), «гневно отвергнув новые порядки», намылилась до Парижу, а вместе с ней и маменька, Анна Ивановна. Анну Ивановну можно посмотреть здесь — и, очевидно, это совсем не та иголка в стогу сена, что мы вознамерились отыскать. Поэтому переходим к самому интересному — прямой материнской линии.
Кстати говоря, матрилинейное родство — это то, с чего следует начинать и чем в общем случае следует и удовлетвориться (за исключением «половинок», которые и так почти всегда видны по фамилии и отчеству). Действовать, впрочем, нужно с поправками на то, что скоро все эти способы перестанут работать вовсе, как описано в обзоре, посвященном Амине Окуевой, ныне покойной. Бабушкой Татьяны Никитичны по прямой материнской линии была ее тезка, тоже Татьяна, но информации об этой персоне не так уж и много — придется снова лезть в мемуары, либо же сразу идти вверх по восходящей линии, и почитать об ее отце, том самом таинственном прадеде, про которого поведали недавно собравшимся в зале Петербургской хоральной синагоги. «Борис Михайлович Шапиро (Шапиров) родился в Одессе, в семье еврея из купеческого сословия» — сказано в общедоступных источниках, а его жена, София Васильевна Семичова — та самая скрывающая свое происхождение прабабушка, на осторожность которой сетует Татьяна Никитична. Ой вэй, как назло, эта женщина оказалась мамой бабушки по маме, словно бы по заказу:)) Удивительное совпадение! Как глубоко бывает зарыт талант!
На сайтах типа geni.com, rodovid.org иже с ними нет никаких данных об основных биографических вехах четы Шапиро, хотя сами эти люди там есть — поэтому трудно вычислить, когда именно, в какой период своей жизни (а жизнь у него была насыщенной) военврач Борис Михайлович надумал жениться. Можно попробовать зайти в обход — отдельные публикации содержат, по крайней мере, сведения о годах жизни его дочери, Татьяны Борисовны: 1885-1955 — значит, и женился ее отец не позднее 1885 года. В то время он уже не жил в Одессе — возможно, был ординатором в Николаевском военном госпитале Санкт-Петербурга, тогда в Петербурге супруги и познакомились. Каким именно образом (не через еврейские ли круги), история умалчивает. Затем Шапиро поселились в неподалеку от местности, где нынче располагается коттеджный поселок «Академические дачи», — там у них было большое имение. На каком-то краеведческом форуме я перечитала массу подробностей о том, как жили-поживали господин Действительный тайный советник и его благоверная, и даже ознакомилась с некоторой корреспонденцией (она тоже подробно обсуждалась на форуме). Например, Ее Превосходительству Софии Васильевне Шапировой летом 1913 года кланялся некто Миша, отправляя открытку из Петербурга через Терийоки в Ваммельсуу:

«Дорогая Муся! Пишу в поезде в Луге. В пути ничего не выйдет, качает отчаянно (нрзб) я на пароходе так не качался. Ан. Викт.(?) шлет письмо и громадную корзину цветов роз белых, акаций и проч. Очевидно придется кончить в Петербурге. Приехал в 4 часа домой. У С. В. не был, ведь только завтра можно получить. Цветы поставил в воду, плохо отходят. Пойду за хлебом выйду к Гуревичу. 20-е. Сейчас получил 4 письма: 2 от тебя, из Японии и от Ограновича. (Далее нрзб).
Целую, кланяюсь, Миша».

Не мог ли «Миша» быть Михаилом Леонидовичем Лозинским, мужем Татьяны Борисовны (урожденной Шапиро) и, соответственно, зятем Софии Васильевны? Тем более, что он «практически всю свою жизнь прожил в Петербурге», а, значит, и в 1913 году, на момент отправки письма, вряд ли куда-то уезжал. Первый ребенок в семье Михаила и Татьяны Лозинских родился в 1914 году, — следовательно, летом 1913-го дед и бабушка мадам Толстой уже были если не в браке, то в близком знакомстве. Но вышеприведенные предположения не дают исчерпывающего объяснения тому, почему Миша называет Мусей свою гипотетическую тещу — разве что «Муся» и было одним из ее «подлинных» имен, которые, как известно понимающим, часто даются детям в еврейских семьях, помимо «официального» имени. Тем более, что имя «Муся» в еврейской среде если не широко распространено, то достаточно употребимо — точно.
Татьяна Никитична, поздравляю вас, соврамши — вы не четвертинка и тем более не восьмушка, вы стопроцентная hалахическая еврейка, что засвидетельствует любой раввин, стоит вам только пожелать.

СССР и Мицраим: подобие

Непросто уподобить два явления или две системы, не выявив формальные закономерности, их объединяющие, однако есть случаи, когда подобие постигается на уровне, далеком от рационального; оно дано скорее в ощущениях, или, как выражались авторы одной чудаковатой книжки, «что-то такое летает», а что именно — сложно выразить конкретно. Но вообще, мудрецами предшествующего поколения (поколение в еврейской традиции — 30 лет) та аналогия, о которой хотелось бы упомянуть, проанализирована и отточена до совершенства, в том числе не без апелляции к гематриям: собственно, речь идет о параллелях между Египтом — тем самым, откуда произошел Исход, и СССР, из которого некое подобие Исхода тоже случилось, ведь одна из самых значительных алийот (подъемов) в истории предвосхитила окончательное падение Союза нерушимого. Равенство гематрий (מצרים=סססר=380) может свидетельствовать о неочевидном на первый взгляд тождестве между ними, причем буквенное выражение гематрии — корень לח (в инверсии — חל) дает еще больше знания о природе вещей (автор — Gedalia Spinadel): семантическое значение его — не только «песок», но и «осквернение» (от לחלל — «лехалель» — освернять), и оно вполне коррелирует с тем, что нам известно о правопредшественнике нынешнего государства российского в одном его небезынтересном аспекте: вся страна стояла в прямом смысле слова «на костях», и это проявлялось как в распространенной практике строительства домов на месте бывших кладбищ, даже без попыток куда-то перезахоронить останки, так и в существовании капища в самом центре столицы; вопрос о братских могилах и огромном количестве до сих пор незахороненных бойцов, погибших на фронтах войны, можно в этой связи даже не рассматривать. В той же традиции тело умершего считается «отцом отцов нечистоты», максимально оскверняющим материальным объектом, причем «мэт мицва» (труп, обнаруженный в месте, где никого нет) обязаны хоронить даже коэны, которым в общем случае запрещается прикасаться к покойникам и даже оставаться в помещении, где лежит мертвое тело.




[«Границы ключ переломлен пополам,
А наш батюшка Ленин совсем усоп,
Он разложился на плесень и на липовый мед…»
]


Само ивритское название Египта — «Мицраим» — можно перевести как «страна узости» или «границы» (во множественном числе), что по размышлению одно и то же: большое количество границ вводит в ситуацию «между теснин», когда эта узость ощущается физически; в СССР также сакрализировали границу и все, что с ней было связано, — так, что в определенные периоды ее пересечение становилось едва ли не инициацией, переходом от одного типа бытия к совершенно иному. Сказано в мидрашах, что невозможно было выбраться из Египта, причем, как ни странно…из-за колдовства («нет на свете колдовства, подобного колдовству Мицраим, где магией владели даже младенцы»), но, если сказанное не понимать буквально, а допускать, что под «колдовством» могла подразумеваться в том числе определенная технология, принципов действия которой древние объяснить не могли (любая хоть сколько-нибудь развитая технология неотличима от магии), то сходство становится еще более явным. В любом случае, невозможно игнорировать факт наличия в СССР жестких границ, исключающих отчаливание «кормовой базы» в неизвестном направлении и обеспечивающих ресурсную поддержку энергоинформационной структуры («голема»); к слову, в наши дни парадигма изменилась, и «голема» стали кормить, не прибегая к возрождению железного занавеса, — достаточно было поспособствовать концентрации населения в крупных городах.




Дети и крокодил


Нельзя не обозначить также и роль аппарата (нового жречества), обслуживающего энергоинформационную структуру, которая раскрывается следующим образом:
«Главным оружием голема в борьбе за выживание и в то же время единственным его уязвимым местом […] является монополия на информацию и вытекающий из нее принцип криптократии. Его смысл в том, что общество не может знать, что именно стоит за тем или иным жестом голема; этого не знает также ни один отдельный чиновник, даже самый высокопоставленный: все знает лишь совокупный голем».
Отсюда берет начало традиция разного гаданий по кремлевским звездам, башням (или на чем еще базируют свои камлания многочисленные псевдоэксперты), — предполагаю, что техники аналогичного плана были и в Древнем Египте, хотя они и не дошли до нас.




Станция метро «Нарвская» — ну очень скрепоносно


Ну и, наконец, несколько эстетических моментов в завершение поста: Египет ассоциируется со сфирой Гвура (здесь об этой связи рассказывается более подробно); следует отметить, что ранние советские песни и вся символика периода становления советской власти также сплошь проникнуты энергиями данной сфиры, — отсюда необыкновенное воодушевление, которое они могут вызывать у тех, кто отличается некоторой восприимчивостью. Но и более поздние советские произведения все еще сохраняют определенные черты, наблюдаемые у реконструированной древнеегипетской музыки — достаточно просто послушать и сравнить (первый ролик — примерно с 11:32, второй — целиком):








Этимология имен через Арканы Таро


Автор предложил интересную идею, и я ее применила к имени Сара (שרה), пусть и не все соответствия учла. Мне показалось любопытным разобрать также на примере Лилит (לילית) — естественно, писать это в группу не стала, дабы не смущать зрелые умы духовно богатых дев и тетушек.
Буква «ламед» связана с Арканом Справедливость, значения — равновесие, гармония, баланс. Попытка поиска баланса первоначально не удается, хотя что значит — «первоначально»? Имени Лилит в Пятикнижии нет, оно впервые встречается в ТАНАХе у пророка Йешаяhу:
וּפָגְשׁוּ צִיִּים אֶת-אִיִּים, וְשָׂעִיר עַל-רֵעֵהוּ יִקְרָא; אַךְ-שָׁם הִרְגִּיעָה לִּילִית, וּמָצְאָה לָהּ מָנוֹחַ
(И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками, и лешие будут перекликаться один с другим; там будет отдыхать ночное привидение (lilith) и находить себе покой).

Между тем, из отдельных источников еврейской традиции известно, что Лилит была сотворена вместе с Адамом (имя которого в свете арканов Таро разбирается у автора), и что супруги никак не могли решить, кто, так сказать, в доме главный, а кто будет вынужден смирить свою волю; аллегорически это выразилось в их споре о главенстве в постели и той позе, которую каждый из них займет. Так и не найдя компромисса, не обретя гармонии в отношениях и не добившись взаимного уважения и соблюдения интересов друг друга, пара расстается: Лилит произносит тайное Имя Б-га и покидает мужа, предпочитая одиночество и бездетность (следующая буква «йуд», Аркан Отшельник). Посланные вдогонку ангелы не в состоянии уговорить Лилит сделать шаг навстречу Адаму (тем самым ее одиночество усугубляется); беглянка наотрез отказывается вновь вернуться к своему суженому, вместо этого уйдя в пустыню. Впрочем, покинутый ею благоверный горевал недолго: Лилит, будучи сотворенной из праха земного, как и сам Адам, действительно была ему ровней, а покорная Хава-Ева (חווה), плоть от плоти, отделенная от грани (в русских переводах — ребра) и являющаяся как бы составной частью Первого Человека, на равенство претендовать не могла, так что здесь баланс нашелся на удивление легко, а «вторая половина» обрела свое законное место:

«У Лилит — недоступных созвездий венец,
В ее странах алмазные солнца цветут:
А у Евы — и дети, и стадо овец,
В огороде картофель, и в доме уют».
(Николай Гумилев)

Далее следует вторая итерация (еще один слог — לי) — судя по тому, что Лилит в настоящее время занимает важное место в демонической иерархии в качестве «царицы демонов», эта новая попытка найти баланс удалась, и на определенном уровне (пусть этот уровень и значительно более низкий) равновесие все же было обретено. Впрочем, являясь не только «царицей демонов», но и матерью оных, в паре со злым началом она никаких порождений не производит, коль скоро Творец ограничил эту возможность, — «а если бы не было так, они уничтожили бы мир».
Последняя буква в этом имени — «тав» — завершает также и алфавит и соответствует Аркану Мир — последнему этапу, финишной прямой в мировой истории. Могу предположить, что она может означать также и интеграцию даже демонических миров в ткань реальности, что произойдет в результате конечного исправления. Кроме того, данный Аркан связан с планетой Сатурн, а та, в свою очередь — с Шабатом, а, следовательно, имеет отношение к седьмому (субботнему) тысячелетию, когда раскроются источники божественной мудрости, а силы, скрывающиеся во тьме, будут или уничтожены («и уничтожит Он смерть навеки»), или возвращены к свету.

There’s revolution in the air

It takes a certain kind of man with a certain reputation
To alleviate the cash from a whole entire nation

Посетила тут инстаграм дочери путинского секретаря, наслаждающейся dolce vita во Франции, смакующей местные кинематографические изыски и совершенно позабывшей о том злосчастном куске земли, с которого она воспарила к роскоши Биззантиума и с тех пор не особенно-то жаждет вновь ниспадать в юдоль оркской скорби. Ну, и отписала ей заодно пару ласковых (каменты были непредусмотрительно открыты) касательно происхождения накоплений, бездарно растрачиваемых в странах «загнивающего Запада» постсоветской ылыткой, за что была обозвана «патриотом русского народа» (не дай Б-г!), желтой жабой и земляным червяком. Дальнейшая дискуссия не задалась, поскольку холеная песковская дщерь слилась, а на вахту заступили совсем уж необремененные рассудком существа. К слову, подобная же картина наблюдается и под другими лизиными постами — в каментах к одному из них я наткнулась на ангелоподобное существо лет 13-ти, отчаянно пытающееся докричаться до троглодитов, но так и не услышанное ими:

«Это говорит человек,у которого написано «USA» в графе «о себе»? Все работаем, не переживай. Работают на заводах, в полуразвалившихся больницах, в школах за 10-30к, попутно вдыхая ароматы московского мусора и дым металлургических предприятий.
Зато зажравшиеся выпердыши чинуш могут позволить себе разъезжать по Европе, покупая дорогие особняки. Могут позволить себе то,что не могут позволить себе честные рабочие.
Харкни себе в … [лицо], если ты не видишь причинно-следственные связи.
Ты … [ужасно] тупой, ибо не можешь понять элементарных вещей. Митинги, обострение оппозиционных настроений и т.д возникают не на пустом месте. Чекай среднюю зп, цены в магазинах, коммунальные услуги.
Расскажи мне, давай, чому академики РАН протестовали год назад? Образование не такое?
Радуйся,что твоя … [пятая точка] пригрета на другом континенте, поцтреот …[фигов]»




И вы знаете…я как-то даже прониклась, почти физически ощутив, что, будь сейчас конец позапрошлого века, задрала бы штаны, оставила сапоги в сугробах и что там еще из классики — и принялась голыми руками, несмотря на всю астеничность своей комплекции, наводить революционную справедливость. Причем классовая, скажем так, нелюбовь, что парадоксально, возникает в первую очередь даже не к самим эксплуататорам, ворам и жуликам, которым пришлось рисковать быть сожранными себе подобными, изворачиваться, выживать в среде таких же гадов морских и сухопутных, напрочь лишившись всего человеческого, зато отрастив копытца, когти и клыки, — то есть, необходимо было тоже в каком-то противоестественном смысле «работать». Это чувство рождается к их изнеженным, никчемным, нагловато-хамоватым, вконец развратившимся от обилия безделья и бабла отпрыскам, причем я осознаю, что, будучи ведомой этим чувством, очень легко перейти грань вовсе не в уголовно-правовом значении (евпочя), и что никакие лизоньки не стоят того, чтобы из-за них претерпевать такое падение. Но это я осознаю, а те, кто вершили историю в не столь уж и давние по историческим меркам времена — не осознают, им морально-нравственные рефлексии ни к чему. А поскольку история учит тому, что ничему не учит, рано или поздно, «чтоб вор вернул нам всё, что взял он», «рабы восстанут, а затем…»




Неожиданное продолжение новости, придуманной от начала и до конца

«Тем временем в полутёмной аудитории среди восхищенной аудитории
Антоний Антониевич начал медленно отрываться от земли».

В ту давнюю пору, покуда уездный куафер Антон Антониевич К. еще не перекочевал на вольные хлеба, он трудился на ниве электроэнергетики, будучи пристроенным туда не без помощи благодетельных прародителей. Коммунизм — это, как известно, не только советская власть, но еще и электрификация всей страны, вот и Антоний Антониевич К. без устали нес свет в утлые избенки соотечественников, споро орудуя рубильником то вверх, то вниз. По правде говоря, удовольствия ему сей процесс не доставлял: уж очень хлопотное это дело — зажигать, и особенно оно хлопотно для тех, кто, подобно нашему герою, являет собой образчик кристальной честности, брезгуя принять незаслуженный грош из дрожащей старушечьей ладони…Более того — Антоний Антониевич К. посильно занимался благотворительностью, практически за бесценок помогая нуждающимся порешать тревожащие их насущные вопросы, непосредственно касающиеся его сферы деятельности — так, что наполнил едва ли не до краев чемоданчик форинтов, на безбедную старость в мадьярских пампасах припасенный. Но вдруг грянул гром, как всегда в таких случаях, нежданный: лицам начальствующим, ничего в актах гуманизма не смыслящим, стало мниться, будто киловатты так и норовят уплыть у них из-под носа, невзирая на самые мощные счетчики и даже предусмотрительно размещенную на кабинете табличку: «Осторожно, высокое напряжение!»

[Антон Антониевич К. взяток не берет]

Вдобавок выяснилась пренеприятнейшая деталь: доброхот практиковал без диплома электрика, а та корочка, что была предоставлена им взамен такового, оказалась весьма интересного свойства, — то бишь, кто-то подобным же образом облагодетельствовал Антония Антониевича К., но только уже не электричеством, а образованием. После того, как мучимый совестью клерк не только признал свой грешок, но и расписался в нем троекратно на бумаге формата А4, коя и поныне хранится в конторском архиве, он был взят под белы рученьки и выдворен на мороз, получив строгий наказ больше не возвращаться ни с дипломом, ни без оного.


[«Мой друг Антоний, вы большой ученый!»]

Безусловно, Антоний Антониевич К. шибко обиделся (помилуйте — а кто не обидится, ежели с ним столь же несправедливо обойдутся?), купил в переходе пяток дипломов и переквалифицировался в (управдомы) брадобрея. Когда, спустя несколько десятилетий, его экс-руководитель затянул вереву на сукУ, предварительно как следует смазав ее хозяйственным мылом, Антоний Антониевич К. радовался, словно дитя, и даже пообещал крепко дерябнуть в честь своей заслуженной победы. Его радость рождала у посторонних странное ощущение, что не иначе как сам ликующий приложил руку к этому трагическому концу — быть может, собрав срезанные волосы покойного, еще при жизни неосторожно решившего постричься в парикмахерской Антония Антониевича К., он снес их на городское кладбище, где, трижды поплевав через левое плечо, ритуально закопал на могиле проклятого самоубийцы, принявшись с тех пор ждать у моря погоды. И — смотри-ка — ведь дождался!


[«Сатрапы вы и палачи!»]

А одна девица из мастеровых, матерью своею, ведьмой, поручившаяся, твердила, будто самолично видала, как Антоний Антониевич К. глубокой ночью спускался в КИШевший змеями и крокодилами древний склеп, располагавшийся неподалеку от Новгородского Кремля, в котором еще во времена Рюрика хоронили варягов. Там он, как судачил пугливый люд, вызвал призрак старого деда-варяга, чьи бренные кости истлевали веками, и валькирию Вернхильд, пообещавшую храброму сердцем воителю льготный вход в Вечные Чертоги, где можно пировать вдоволь, не проверяя опосля по чеку, кто кому сколько должен за лишнюю кружку пенного.

[Антоний Антониевич К. отважно спускается в царство змей и крокодилов]

Любое б-гоугодное дело требует жертвы и, как уверяла глазастая девица, жертва нашлась: ею оказался бродячий (депутат) трубадур, по вечерам, стоя около моста через ров и повесив на шею плакат «Свободу попугаями», бренчавший на трехструнной палке мотив песни Ассоль из фильма «Алые паруса». Своей виртуозной игрою он изрядно обозлил обитателей склепа, тревожа их вечный сон, посему рано или поздно должен был пасть от карающей длани Антония Антониевича К. И вот, миг настал — одарив несчастного шестьюдесятью рублями мелкими монетами, из расчета два раза по тридцать, хитроумный посредник предложил получить еще, для чего подобало прогуляться недалече. Трубадур сперва ломался, не желая оставлять насиженное место, но затем все же польстился на презренный металл и, нацепив потрепанную бобровую шапку, отправился следом за сулившим немалую выгоду Антонием Антониевичем К. Их силуэты медленно растворились среди полутемных руин…

[Антон Антониевич К. подает 60 рублей мелочью бродячему (депутату от партии «Адамово яблоко») трубадуру близ Новгородского Кремля]

З.Ы. Само собой: все персонажи выдуманы, все события случайны.

Mirrored from Zhenny Slavecky.

Таинственная жена Петросяна

Достаточно интересную генеалогическую загадку обнаружила по мотивам совершенно попсовой новости: разводятся Петросян и Степаненко, вознамерившиеся поделить имущество стоимостью полтора миллиарда рублей. Наткнувшись на эту историю, решила полюбопытствовать на предмет личной жизни господина Петросяна, покуда это не возбраняется, ведь человек он известный, а значит, биография его официальная у всех на виду. Родился сей субъект в сентябре 1945 года, есть дочь Викторина Петросянц (почему-то с «Ц» на конце), 1968 года рождения, — то есть, известный юморист рано, всего в 23 года, стал отцом, но это было вполне нормально для Советского Союза. Помнится, когда я приезжала в 10 классе по обмену в немецкий город Билефельд, мать семейства, принимавшая меня, стала расспрашивать о моей родне — мол, кем работают мама и папа, сколько им лет. Услышав ответы и сопоставив их с моим возрастом (он совпадал с годами ее дочки, а сама дама была уже весьма немолода), она всплеснула руками: «Как?! Твои мама и папа тебя родили в 19 лет?! Это что ж, мой сынок Маттиас сейчас пойдет и найдет себе жену? Да ведь он и сам еще дитя!» (Маттиасу на тот момент стукнуло 20). Так что, в те годы было распространено родительство и в более юном возрасте, а вот дальше в семье Петросянов начинаются чудеса…

Матерью Викторины Петросянц, как сказано в Вики, являлась — приведу точную формулировку: «младшая сестра балерины Викторины Кригер», первая жена Петросяна. Нигде в Сети вы не найдете ее имени; максимум, о чем вам удастся узнать, так это о тяжелой судьбе этой женщины, которая якобы скончалась спустя непродолжительное время после рождения дочери, попав в аварию. Также будут отсылки к еврейской теме, хотя еврейского там, судя по материнской линии, немного. Но, коль скоро о младшей сестре нет никаких данных, то, возможно, они найдутся о старшей сестре, Викторине Владимировне Кригер, в честь которой была названа дочь Петросяна, и мы сможем проследить эту линию вверх? И здесь действительно целый клондайк: есть статья в Википедии, имеется также подробное описание «артистической династии», из которого мы можем почерпнуть много фактов о ее предках — например, о том, что отцом Викторины Кригер был заслуженный артист РСФСР, театральный режиссер Владимир Александрович Кригер, а матерью — Надежда Ниловна Кригер-Богдановская, драматическая актриса. У Надежны Ниловны было две сестры — Зинаида Валк-Богдановская и  Мария Мерянская. Из них Надежда — старшая сестра (родилась в 1874, по другим данным — в 1876 году), Зинаида — средняя (родилась 17 декабря 1893 года в Петербурге), а Мария — младшая (появилась на свет 9 февраля 1896 года в Великом Новгороде). Их мать, тоже актриса, Елизавета Васильевна Мерянская (годы жизни: 1852 — 1905), получается, рожала детей не каждые 2-3 года, как принято у женщин того времени, а через весьма продолжительные промежутки: в 22 года — Надежду, в 41 год — Зинаиду (поздновато, но случается) и в 44 года — Марию (столь поздние роды даже в наше время — редкость).

[Мария Мерянская с папой]

А теперь самый, что называется, цимес, из-за которого не складывается воедино картинка: пускай даже Надежда Ниловна родилась не в 1974, а в 1876 году, тогда матерью знаменитой танцовщицы Викторины, чье рождение приходится на 1893 год (совпадает с годом рождения ее тетки Зинаиды) она стала в 17 лет, будучи совсем юной. А как в этом случае обстоит дело со второй ее дочерью, младшей сестрой Викторины, первой женой Петросяна, родившей ему единственную дочь? Предположив, что Надежда Кригер-Богдановская берет пример со своей мамы, Елизаветы Мерянской, и рожает эту гипотетическую никому не известную «младшую сестру Викторины Кригер» на излете репродуктивного возраста, лет в 47 (позднее уже просто некуда), — тогда получается, что ее год рождения — примерно 1923 (1876+47). Даже в таком случае эта «первая жена» Петросяна будет старше самого Петросяна на 22 года (1945-1923), — этакие прототипы Галкина с Пугачевой. Так что же, 23-летний на момент 1968 года Евгений Ваганович Петросян женился на 45-летней (это еще в лучшем случае) дамочке с ФИО, которые держатся за семью печатями, и безо всяких там репродуктивных технологий сумел сварганить с нею дочку? Героический отец, определенно. Самое простое объяснение всему этому безобразию: усыновление (на дедушку Климова ох как хочется сослаться, но он же нынче под запретом, так что гусары молчат).

Аналогичные странности встречаются в биографии Путина (Мария Шеломова, изрядно подорвавшая здоровье в блокадном Ленинграде и до этого потерявшая ребенка, рожает Володю в 42 года), Алоиса Шикльгрубера (незамужняя крестьянка Мария-Анна дает жизнь своему первенцу, когда ей исполняется 42 года, и умирает всего через 10 лет после этого; отец ребенка длительное время остается неизвестным). В принципе, некоторым, хотя и ненаучным, образом такие вещи, как упомянула выше, уже объяснены (признаки старения рода), а с остальным пусть разбираются историки с генеалогами.

Mirrored from Zhenny Slavecky.

Изучая биографию Шверника: работа на заводе Дюфлона

Недавно вновь перечитывала биографию Роберто Ороса ди Бартини и в очередной раз удивлялась ее загадочности: двойное усыновление, участие в Первой мировой войне, русский плен, интернирование на Дальний Восток, бегство в Италию, жертвование всего полученного наследства в пользу итальянской компартии, возврат в Советский Союз в 1923-м, через некоторое время — арест, шарашка, масса гениальных изобретений и смерть на чужбине. Уже в дальнейшем стали появляться предположения, что многие из этих сведений — фейковые, как выразились бы в наши дни, а происхождение Бартини связано с дважды сменившими вероисповедание подданными Австро-Венгрии Адольфом и Белой Шнобелями…Покрыты мраком ранние годы биографии и других знаменитых деятелей «Империи зла» — в частности, я уже как-то уже упоминала о Швернике и о том, что он мог приходиться родственником прапрадеду, Абраму Бахмендо — так, мой дед незадолго до смерти заявлял, что до 1937 года Абрам Бахмендо и Шверник, якобы двоюродные братья, состояли между собой в переписке. Прямо-таки по Галковскому:

«То есть супруга члена особого Совета 33-й степени русских лож Древнего и Принятого Шотландского Устава и прочая и прочая в октябре 1952 года калякает в Новодевичьем монастыре с митрополитом Крутицком о его близком друге товарище Швернике. Как тесен мир!»

Однако официальная биография Николая Шверника никак не бьется с этими данными, а напрямую им противоречит. Ее краткие вехи таковы:

«Еще один представитель староверческой среды – Николай Шверник. На самом деле его фамилия Шверников: у отца обнаружилась путаница в метрических данных, отразившаяся затем и в документах. Подобные недочеты характерны прежде всего для старообрядцев, не желавших своевременно регистрировать метрические записи в гражданской и духовной администрации. Отец будущего видного большевика работал на питерских фабриках, мать Глафира Шершинина — ткачиха. Сам Николай Шверник с 1902 по 1910 год трудился токарем на петербургском электротехническом заводе Дюфлона. Рабочий контингент этого предприятия состоял из таких же русских, как Шверник, и эстонцев, адаптированных к промышленному производству. Любопытно, что многих русских рабочих звали по кличкам, потому как фамилии их оставались неизвестными. Этих пролетариев уважали, обращались к ним за советом по всяким житейским вопросам. Один из них, Павел Нилович по прозвищу Вычитал (так как выделялся начитанностью), и стал наставником юного Шверника, приобщив его к социал-демократическому движению. После революции Шверник руководил советскими профсоюзами, а после смерти Калинина стал председателем Верховного совета СССР.»

Эти скудные данные позволили мне сделать кое-какие запросы в ЦГИА СПб (пока не кончился пропуск), и оными я хотела бы с вами поделиться. Прежде всего, я еще в позапрошлом году сделала туда запрос по поводу метрической записи о рождении Шверника(-ова) Н.М., — если его родители, как утверждается в некоторыми исследователями, происходили из старообрядцев, или, по крайней мере, были христианского вероисповедания, значит, таковая метрика должна находиться в одной из церквей. Однако после направления запроса выяснилось, что церковь, где искать метрику, должен указывать сам заявитель, а мне она, к сожалению, неизвестна. Я знаю лишь, что Шверник родился в многодетной семье Глафиры Шершининой и Михаила Шверникова, где-то на окраине Петербурга, но окраин много, как и соответствующих церквей. В итоге в запросе мне отказали за недостаточностью сведений, и пояснили, что без точного указания церкви, в которой происходило крещение, факт рождения подтвердить невозможно. Оставалось еще несколько путей для более полного исследования биографии — просматривать списки учащихся четырехклассных училищ и церковно-приходских школ, не забывая при этом о хронологии: Шверник родился в 1888 году, но уже в 1902-м отправился работать на завод Дюфлона. С этим было проще всего — дела, в которых содержались именные списки рабочих, доступны в ЦГИА СПб, требовалось только заказать их и просмотреть, чем я и занялась:

дело №1011 (Фонд 1172/Опись 1)
дело №1012 (Фонд 1172/Опись 1)
дело №1013 (Фонд 1172/Опись 1)
дело №1014 (Фонд 1172/Опись 1)

В один прекрасный день меня пригласили в читальный зал и выдали тяжеленные тома вот такого примерно формата, в которых предстояло внимательно исследовать лист за листом:

Collapse )

На соседней странице размещались следующие сведения: «Установление, выдавшее вид — Двинский Литуанский староста, г. Двинск; время поступления — 30 декабря 1902 года, время и причина выбытия — 13 марта 1910 года, по собственному желанию»:

Приличия ради сделав снимки еще нескольких страниц, я поблагодарила сотрудника архива и отчалила. Выходит, эта ветка оказалась тупиковой, и ее разработка привела не к тем данным, которые планировалось получить. И все же, я смею надеятся, что когда-нибудь обещанные сумбурные наброски оформлятся в стройное и последовательное повествование.

Mirrored from Zhenny Slavecky.

Выбор Уршули Нарбут: как прапрабабка знатного рода вышла замуж за крестьянина

Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,

Если терем с дворцом кто-то занял!

В.Высоцкий, «Лирическая»

В одном из своих давних уже постов, посвященных изучению истории семьи, я отмечала, что по линии моей матери мне удалось добраться в своих генеалогических изысканиях только до прабабки (маминой бабки по отцу), случайно наткнувшись по ходу своих поисков на ее брата, Станислава Харжевского, репрессированного в конце 30-х. В его деле, добытом мною аж из архивов ФСБ (удивительно, что мне его вообще выдали, но ищущий, как известно, найдет;)), я обнаружила легкий намек на цепочку поколений по восходящей линии, из которого, однако, нельзя было сделать никаких практических выводов:

«Вопрос: Кого из родственников имеете за границей?

Ответ: Со слов матери, как будто в Польше до 1905 года оставалась ее мать, но жива ли она в данный момент, мне неизвестно [выходит, именно за этой фразой я охотилась столько времени, но она дает в контексте уже упоминавшегося закона — Ж.Н.]. О других родственниках не знаю».

С тех пор, как я, переворачивая ветхие страницы этого дела в местном управлении Конторы, узнала, что далекие предки мои происходят из Польши, прошло вот уже три года, и в течение всего этого времени дело никак не сдвигалось с мертвой точки: свидетельство о рождении моей прабабушки Марии, сестры Станислава Харжевского, отсутствовало — вероятно, сгорело вместе с другими документами во время войны, и даже сама прабабушка, запрашивая его впоследствии в архиве ЗАГС города Ленинграда, в ответ получила лишь справку о том, что ничего не сохранилось. Ради любопытства я даже посетила архив ЗАГС на улице Фурштадской, 52, получив от них все то же неутешительное известие: свидетельство утеряно, восстановить его невозможно, да и вообще, по станции Новинка, где в 1919 году родилась прабабушка, никаких данных нет. Следовательно, по факту не имея достоверных сведений о родителях прабабушки, сложно было двигаться дальше. Впрочем, разрозненные обрывки кое-какой информации у меня все-таки имелись: например, работая в Новгородском архиве, я наткнулась в картотеке на упоминание о прапрадеде — отце прабабушки, Марии Павловны Харжевской (в замужестве — Бахмендо). На карточке было написано: «Харжевский Павел Устинович, место работы — вокзал», и больше ничего, — не было даже ссылки на фонд, где искать про него все прочие материалы. Сотрудники новгородского архива, по моей просьбе производившие в дальнейшем поиск, ориентируясь на фамилию «Харжевский», тоже ничего не нашли, отчего еще более странным кажется факт обнаружения мною карточки с такой фамилией. Что касается матери прабабушки, то ее история и вовсе оставалась покрытой мраком времен: как известно, женщин искать еще труднее — это вам любой опытный генеалог скажет, и даже не особо опытный — такой, например, как я:)) Относительно этой прародительницы мне удалось раздобыть только справку из архива Удмуртии, согласно которой, прабабка вместе с ее матерью, Александрой Харжевской, 1882 года рождения, и ребенком (моим дедом), была эвакуирована из Новгорода в село Рябиновка Сарапульского района, да еще после смерти деда мне показали свидетельство о смерти этой Александры, скончавшейся там же, в далекой Удмуртии, от порока сердца в 1949 году. Кое-что можно было бы поискать еще и в Псковском архиве, поскольку Станислав Харжевский на вопрос следователя о родственных связях отвечал: «Мать-пенсионерка проживает в городе Дно, ул. 1 Мая, д. 1», но осуществлять поиск по моему запросу сотрудники этого архива отказались, а ехать туда самой не представлялось возможным.

[Справка об эвакуации]

Существовала еще, впрочем, любопытная семейная легенда (и последующие события показали, что к такого рода легендам нужно относиться со всей серьезностью): дескать, мать прабабки, та самая Александра, которую еще звали Уршулей Казимировной, на польский манер, была богатой невестой, дочерью некоего представителя знатного рода, но полюбила простого крестьянина, и, тайно обвенчавшись с ним, сбежала из дома, после чего со своими родственниками общаться прекратила, да и они открестились от блудной дочери, порвав семейные связи. В принципе, вся эта история в итоге подтвердилась, но на тот момент она не давала мне никаких зацепок для дальнейших поисков. И вот, как-то раз вечерком, необременительно используя поисковик, я удостоилась подлинно сказочного подарка, вероятность получить который, пожалуй, от нулевой отличалась несильно, но все же мне удивительно повезло: введя в поисковик полное имя прапрадеда — «Харжевский Павел Устинович» — в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга я смогла обнаружить его личное дело:

Вне себя от радости, я тут же ринулась связываться с архивом, дабы прильнуть к этому сокровенному источнику, но мой энтузиазм, увы, был охлажден необходимостью получения пропуска. Необходимо сделать небольшое отступление: представилась я иногородней (с постоянной регистрацией в Великом Новгороде), что позволило заказать дело посредством электронной почты; в то время как петербуржцы, насколько я поняла, заказывают нужные им дела непосредственно в читальном зале. Что касается пропуска, то его необходимо было сделать в здании архива на улице Псковской, д.18, куда я и отправилась в один из дней, которые являются приемными (для интересующихся: процедура оформления проходит по понедельникам с 14 до 16 часов и четвергам с 10 до 12 часов). Мероприятие представляет собой беседу с приятной женщиной (заведующая архива, судя по всему — впрочем, я не уточняла), которая спрашивает о целях обращения в архив, после чего направляет на ознакомление с правилами и определяет период вашей работы там. Мы с ней мило побеседовали, хотя она меня не обрадовала перспективами моих поисков, поведав, что речь идет о фонде Министерства путей сообщения, и что обычно в таких делах, как то, с которым я хочу ознакомиться, представлен очень скудный набор биографических сведений. Затем я отправилась знакомиться с правилами и получила столь долгожданный пропуск, но в читальный зал пришлось идти уже не в тот, что расположен на Псковской, 18, а на Пирогова, д.5, и совсем в другой день.

Collapse )

Точно установить, когда же она родилась — 16.09.1880 года или все-таки 20 сентября 1881 года (а, может, вообще в 1882 году, как написано в справке об эвакуации?), теперь будет нелегко, зато заполнявший анкету сотрудник дела преподнес нам бесценный дар, указав не только девичью фамилию Уршули — Нарбут (отыскать которую мне в отсутствии такой удачи было бы просто нереально), но и место ее рождения — как и у мужа, это город Новоалександровск Ковенской губернии. Теперь мне предстоит обращаться в Литовский государственный исторический архив, где хранятся все данные по этому городу (его современное название — Зарасай), хотя кое-какие фонды по Новоалександровску есть и в Каунасском уездном архиве. Что касается фамилии «Нарбут», то, вследствие своего позорного невежества, она показалась мне еврейской, но, приложив небольшие усилия и ненапряжно погуглив, я быстро выяснила, что Нарбуты — это известный княжеский род, являющийся ответвлением магнатского рода Остиков, и некоторые из его ветвей распространились в том числе и по Ковенской губернии. Некий Казимир Нарбут из Новоалександровска стал отцом моей прапрабабки Уршули, которая предпочла рай в шалаше с милым, но бедным, вместо того, чтобы выйти замуж за равного по происхождению и не знать лишений. Страшная все-таки штука — любовь.

[Герб Нарбутов]

Mirrored from Zhenny Slavecky.